Горячая линия бесплатной юридической помощи:
Москва и область:
Москва И МО:
+7(499) 110-93-26 (бесплатно)
Санкт-Петербург и область:
СПб и Лен.область:
+7 (812) 317-74-92 (бесплатно)
Регионы:
8 (800) 550-95-86 (бесплатно)

Переводчик в уголовном процессе

Требования к судебно-переводческой организации

А. Перевод как средство получения доказательств. Его применяют для перевода документальных доказательств по делу с иностранных языков на русский язык.

Из практики. Ходатайство защиты об исключении недопустимых доказательств в Хамовнический районный суд г. Москвы по делу в отношении Ходорковского М. Б. и Лебедева П. Л. Ссылаясь на дефекты перевода, выполненного с искажением смысла первоисточников, защита требовала исключения переведенных с иностранного языка на русский документов из числа допустимых доказательств.

https://www.youtube.com/watch?v=ytpolicyandsafety

Б. Перевод как средство обеспечения конституционного права лица знать, в чем его обвиняют. Данный вид перевода применяют в случае незнания или недостаточного владения подсудимым, подозреваемым или обвиняемым русского языка, на котором производится судопроизводство в РФ.

Разница между этими двумя классами перевода на практике настолько принципиальна, что может привести к серьезным судебным ошибкам.

Из практики. В 2008 г. Верховный Суд Республики Карелия рассматривал резонансное уголовное дело в отношении нескольких граждан чеченской национальности о массовой драке в Кондопоге. Перевод процессуальных документов с русского языка на чеченский был поручен бюро судебных переводов.

Дело оказалось на грани развала, а подсудимые — на пороге освобождения, так как защита настаивала на исключении этих переводов из числа допустимых доказательств по делу и возврате дела в следственные органы.

К счастью, автору настоящей статьи удалось обратить внимание участников процесса на то, что перевод обвинительного заключения и постановления о привлечении в качестве обвиняемого относится к виду «Б» — переводу как средству обеспечения конституционного права лица знать, в чем его обвиняют.

В отличие от переводов как средства добычи доказательств, данный вид перевода считаться доказательством не может. К моменту, когда стало ясно, что защита просто затягивает дело, уже было потеряно время для допросов свидетелей.

Переводчик в уголовном процессе

Описанного в приведенном выше примере можно было бы избежать, если бы участники процесса могли четко дать себе ответы на некоторые вопросы относительно судебного перевода как средства обеспечения конституционного права лица знать, в чем его обвиняют.

Во-первых, надо сказать, что в российском законодательстве отсутствуют нормы, регламентирующие оформление (требования к выполнению) письменного перевода, обеспечивающего право обвиняемого знать существо инкриминируемого ему преступления.

Соответственно, во-вторых, письменный перевод вида «Б», написанный на русском языке, не является процессуальным документом. По определению процессуальные документы — это документы, составляемые в ходе расследования, рассмотрения и разрешения уголовного дела и в его рамках, которым по прямому указанию закона должна быть придана процессуальная форма.

Отсутствие прямого указания закона на процессуальную форму письменного перевода, обеспечивающего конституционного право лица знать, в чем его обвиняют, позволяет заключить, что процессуальным документом он не является.

В-третьих, в связи с тем, что письменный перевод вида «Б» процессуального документа, написанного на русском языке, сам процессуальным документом не является, а также в связи с отсутствием установленного порядка оформления письменный перевод процессуального документа, написанного на русском языке, не имеет юридической силы.

Предлагаем ознакомиться:   Надзорная жалоба в верховный суд по уголовному делу пример

Нужно отметить, что исходя из требований к переводчику, установленных ч. 3 ст. 59 УПК РФ, можно косвенно заключить, что единственным требованием закона к письменному переводу процессуальных документов является их достоверность и верность оригиналу.

Как показывает практика, нормы УПК РФ, регламентирующие привлечение переводчика к уголовному судопроизводству и участие его в нем, сталкиваются со сложностями. В первую очередь это связно с тем, что положения УПК, по сути, могут упираться в нормы Федерального закона от 21.07.

2005 № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд». Дело в том, что это законно предоставляет возможность государственным органам экономить средства на том, на чем в данном случае экономить вряд ли оправданно.

УПК РФ говорит о переводчике как об одном из иных участников уголовного процесса и четко регламентирует индивидуальный порядок его привлечения:  о назначении лица переводчиком дознаватель, следователь или судья выносит постановление, а суд — определение (ч. 2 ст. 59 УПК РФ).

Казалось бы, все положения УПК РФ имеют приоритет перед другими законами в рамках уголовного судопроизводства и являются обязательными для судов, органов прокуратуры, предварительного следствия, дознания и иных участников уголовного судопроизводства.

Это фактически исключает возможность применения к отношениям, связанным с привлечением переводчиков в качестве участников уголовного судопроизводства, положений Закона №  94-ФЗ, т. е. проведение конкурсов, тендеров и т. п.

Иными словами, законодатель требует назначения переводчика тем лицом, в производстве которого находится уголовное дело, и в данном случае запрещает конкурсное производство в смысле Закона № 94-ФЗ.

Возвращаясь к предложенным понятиям судебно-переводческой организации (СПО) и органов управления правоохранительной системой (ОУПС), приходится констатировать, что если статус и правосубъектность вторых в известной мере определены (например, Положением об Управлении Судебного департамента при Верховном Суде РФ и аналогичными положениями об УСД в субъектах Федерации), то в отношении СПО сохраняется юридическая неопределенность.

Остается открытым главный вопрос: можно ли считать таковой любую переводческую организацию, ООО или ИП, которая фактически участвует в уголовном процессе, например, если она выиграла тендер в соответствии с Законом № 94-ФЗ.

Необходимые критерии отбора переводческих организаций для уголовного судопроизводства вытекают из известных особенностей процесса. При этом правосубъектность СПО можно в первом приближении установить как производную от одной из частей правосубъектности переводчика — его потенциальной делинквентности.

Законодатель требует назначения переводчика тем лицом, в производстве которого находится уголовное дело, и в данном случае запрещает конкурсное производство в смысле Закона № 94-ФЗ о госзакупках

 Думается, что здесь, прежде всего, нужно вести речь о тайне следствия и судопроизводства (ч. 1, 3 ст. 161 УПК РФ).

Тайна следствия должна защищать законные права и интересы граждан, причастных к уголовному производству,

 т. к. по Конституции РФ никто не может быть назван виновным в совершении преступления иначе как по приговору суда.

Часто судебному переводчику доступны и иные виды конфиденциальной информации,  установленные Указом Президента РФ от 06.03.1997 № 188 «Об утверждении Перечня сведений конфиденциального характера»: персональные данные граждан, служебная тайна, профессиональная тайна, коммерческая тайна, тайна профессиональной деятельности и т. д.

Легко представить себе последствия разглашения конфиденциальных данных недобросовестным судебным переводчиком. Например, исполнитель перевода поручения о международной правовой помощи может предупредить о намерениях следствия лицо, подлежащее допросу или задержанию за границей Российской Федерации.

Предлагаем ознакомиться:   Как отчисляется подоходный налог с зарплаты
Даже в случае установления 
факта неправильного перевода доказать его преднамеренность 
бывает крайне трудно

Следователь, дознаватель или судья предупреждают в установленном законом порядке переводчика  о недопустимости разглашения им

следственных данных в смысле ч. 1, 3 ст. 161 УПК РФ и об уголовной ответственности  за их разглашение на основании ст. 310 УК РФ.

Переводчика также предупреждают  надлежащим образом об уголовной ответственности за заведомо ложный перевод.

Оба эти процессуальные действия имеют смысл только в отношении  переводчиков, личность и место жительства которых установлены,

и таких, которые имеют трудовые отношения с надежной подрядной переводческой организацией, несущей за них ответственность.

Даже в случае установления факта неправильного перевода доказать его преднамеренность крайне трудно. Намного целесообразнее иметь дело с квалифицированным добросовестным специалистом, переводящим правильно.

В эпоху глобализации сами фирмы многие письменные переводы заказывают у независимых переводчиков, проживающих в других городах России или за границей. В связи с большим количеством языков, востребованных в судебной и следственной практике, избежать или запретить это уже невозможно.

Удаленным переводчикам, в особенности не гражданам России, трудно разъяснить обязанности, предусмотренные ст. 59, 161 и 169 УПК РФ. Невозможно и предупредить их об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за заведомо неправильный перевод при производстве следственных или иных процессуальных действий.

Возможное решение проблемы

Приведенная нами схема отношений в сфере судебного перевода позволяет предложить комплект типовых процессуальных и гражданско-правовых документов для их оформления.

Первичным документом является постановление (определение) судьи или следователя (дознавателя) о назначении переводчика из числа сотрудников СПО. Постановление направляется в СПО и в ОУПС (Прило­жение 1)1.

На его основании заключается договор между СПО и Плательщиком– ОУПС — (Приложение 3). С целью экономии времени на оформление договора, ОУПС может заключать с СПО рамочный договор (соглашение), например, на 1 год (Прило­жение 2).

По окончании производства работ (услуг), судья или следователь (дознаватель) выносит постановление об оплате услуг переводчика, предоставленных СПО (Приложе­ние 4). Постановление направляется в СПО и в ОУПС. СПО представляет ОУПС счет на оплату и акт выполненных работ.

В обоснование применяемых цен, СПО может предложить Заказчику собственный прайс-лист или сослаться на прайс-лист Заказчика2.

Такая стандартизация документооборота могла бы положительно повлиять на гражданско-правовые отношения в обеспечении уголовного судопроизводства.

Требования к судебно-переводческой организации

Недопустимая по закону личная заинтересованность переводчика на практике вполне может иметь место, особенно в случае недостаточной оплаты его труда или привлечения к участию в уголовном процессе в качестве переводчиков случайных непроверенных людей.

Предлагаем ознакомиться:   Как прекратить уголовное дело до суда

В этом случае недобросовестный переводчик, переговоры которого с подсудимым (подозреваемым, обвиняемым, свидетелями и т. п.) больше никто не понимает, может нанести поистине непоправимый вред правосудию путем оказания влияния на подсудимого, передачи ему неразрешенной информации и т. д. Здесь также очень важна ответственность переводческой фирмы за предоставленного переводчика.

Советы для выбора СПО

С целью безусловного исполнения заказа правоохранительных органов на предоставление переводчика с того или иного языка, в компетенцию судебно-переводческой организации должна входить всесторонняя оценка привходящих обстоятельств — «подводных камней» такого заказа — и принятие необходимых мер.

Например, в случае применения цыганского и многих дагестанских языков следует определить диалект, которым владеет подозреваемый или подсудимый, и подобрать соответствующего переводчика, поскольку в этих языках диалекты весьма значительно отличаются друг от друга и от литературной нормы языка, если она вообще существует.

И наоборот, СПО обязана по запросу судьи или следователя аргументированно опровергнуть возникающие в процессе ложные утверждения относительно диалектов (типа наличия «большой разницы» в речи чеченцев, живущих в горах, от речи тех, которые живут на равнине, и т. п.).

Часто возникает опасность прямого или косвенного (через родственников) давления на переводчиков заинтересованных лиц, в результате чего переводчики отказываются от участия в процессе.

Встречаются случаи, когда «авторитетные» обвиняемые легко избавляются от десятков предлагаемых им в качестве переводчиков соотечественников с целью затягивания процесса. После первой встречи с таким обвиняемым потенциальные переводчики исчезают.

Все зачастую объясняется просто: у многих народов сильно развиты патриархально-родовые связи. В этих условиях старшие родственники, получив соответствующие просьбы, просто отзывают переводчиков, опознанных их потенциальными клиентами в следственном изоляторе.

Оценив такую возможность, участнику процесса целесообразно поставить условие о приглашении переводчика с удаленным постоянным местом жительства, а СПО — включить в договор с заказчиком положение о защите переводчика в соответствии с действующим законодательством РФ (Указом Президента РФ от 23.09.

2005 № 1111 и Законом от 20.08.2004 № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства»). А именно: сохранение в тайне подлинного имени и фамилии переводчика, предотвращение его портретного опознания заинтересованными лицами, его постоянную охрану и т. д.

– наличие у фирмы собственного персонала аттестованных переводчиков языков, востребованных в судебной и следственной практике с максимальной возможностью выбора среди переводчиков одноименных языков;– согласие и способность фирмы нести материальную и иную ответственность за несоблюдение процессуальных норм (разглашение тайны следствия, недобросовестное поведение переводчи­­ков и т. п.);

– наличие у фирмы хорошей деловой репутации и авторитета;

   – наличие у фирмы опыта работы с судебными и правоохранительными орга­­нами.

__________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

       1    Здесь и далее примеры документов размещены в электронной версии статьи на сайте «УП».

2   См., напр.: приложение к информационному письму СК при прокуратуре РФ от 30.02.2008 № 229-7115-08 «Предельные рекомендуемые размеры оплаты услуг по письменному и устному переводу с иностранных языков на русский язык и с русского языка на иностранные языки».

Журнал “Уголовный процесс” №1, январь 2012 стр. 60 – 66.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Юрист поможет
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector